Хранилище вещей

Во-первых, он сразу не умеет координировать глаз и руку и, что может еще важнее, он сразу не видит предметно. Болдуин просил свою дочь повторить рисунки нарисованных им вещей. В зависимости от ее возраста, ее рисунки совсем не походили на вещи. Во-вторых, Люке ошибочно считал, что ребенок в любой момент своего рисования всегда преследует цель — быть реалистичным. Мы считаем это в корне неверным. Ребенок по принципиальным причинам рисует нереалистично. И в таком поведении ребенка есть Серьезное основание. Оно видится нам в нашей основной идее книги. С одной стороны, весь ранний рисунок ребенка — это рисунок диагностики мозга как хранилища вещей. Ребенок рисует прежде всего то, «как хранятся вещи» в его памяти, как «зачем они» . В этом смысл мозга, его конечное назначение. Но есть и второй аспект. У НС еще есть потребность в строительстве самой себя — как физической конструкции. Сами элементы мозга — это элементы вне поведенческих “зачем”, смысл конструкции мозга — это “смысл совокупности элементов” . Итак, тут явное противоречие, ребенок в рисунке руководствуется сразу двумя, противоречащими друг другу, идеями: рисованием ЧТО и рисованием ЗАЧЕМ. Но, видимо, так оно и есть. Так, если бы ребенок нарисовал висящий на мачте флаг, это значило бы очень много. То, что он может умолчать об этом. То же с рисованием второй, невидимой, ноги у всадника на лошади, или у гребцов в лодке обеих ног, не нарисуй он их — это значило бы, что он может умолчать о них. Умолчать о чем-то, значит, есть наивысшая способность психики.