Регресс в поведении ребенка

О регрессе в поведении ребенка. Впечатлений у ребенка масса, их много, они сваливаются на ребенка со всех сторон, что с ними делать, куда их положить, где установить, он не знает. Все это создает трудность, большое умственное напряжение, недаром обезьяна иногда просто останавливается и не хочет решать задачу, как шимпанзе Рафаэль, пройдя много промежуточных задач, в последней комнате, где как попало на полу разбросаны ящики, он всегда, дойдя до этой последней комнаты, разваливается на них и отдыхает. Умственное напряжение здесь явно создает внешний тормоз. На чисто бытовом уровне мы все хорошо знаем, что при усталости или плохом самочувствии мы плохо думаем. Это — общее торможение коры головного мозга. Значит, есть все условия для парадоксальной фазы: на стимул слабый силы организм реагирует сильно, а на сильный стимул, наоборот, — слабо. Почему? Не забудем, что любое напряжение — это трудность для НС, и она должна как-то отреагировать на это. Но любое продолжение компенсирования не очень-то безразлично НС. Наступает момент, и НС реагирует — нереагированием. Это инвертированная реакция. Рефлекс, выработанный как положительный, вдруг меняет знак. То, что нас влекло начинает нас пугать. То, что пугало, что мы ненавидели — начинает нас влечь. Это, конечно, не просто нереа — гирование, а другой механизм: Обратимость. Этот механизм возникает в силу парности любого явления в НС. Любая ассоциация действует, а парная к ней, контрастная, обычно заторможена как нецелесообразная. Но в странных условиях она извлекается из памяти, и НС пытается ею воспользоваться, если больше нечем. В главе о шимпанзе Коко, и его трудностях в действиях с ящиком, мы рассматриваем необычную агрессию обезьяны к ящику. Это и есть перевертывание рефлекса “стремления к ящику” на рефлекс “отторжения ящика”. В этой книге мы рассматриваем ту же идею, ставя под сомнение известный кризис сопротивления ребенка, или поведение “я-сам”. Мы считаем, что поведение “я-сам” у ребенка — не просто сопротивление, а наоборот, оно-то как раз, по принципу исключения, и говорит о совершенно новой установке у ребенка — о появлении у него операции, установки с названием “другой”. Неслучайно и Екклезиаст говорит: «Старый и малый идут вместе», этот малый и есть “другой”. Это совершенно физиологично. Ничего нет самого по себе, отдельно. Таким образом, мы приходим к мысли, что поведение “я-сам” у ребенка есть указание на первые признаки социального ума у ребенка. До этого “я-сам” Ничего не было, не было ни “я — сам”, ни “другого” .